Глава 17
Мой друг Петер Демант
Мое открытие Северо-Востока страны
В мою первую командировку на прииск «Бурхала» и знакомство с человеком-легендой, совестью Колымы (именно так я характеризую Фейгина) Владимир Ефимович, человек в высшей степени интеллигентный, несколько стесняясь своего вопроса, как-то неловко спросил меня: «А почему Вы Гансович? У Вас, что, немцы в роду?» Я объяснил ему, что все очень просто: мой отец – австриец, участник вооруженного восстания шутцбунда в феврале 1934 года против поднимавшего голову германского фашизма. После поражения восстания и начавшихся преследований вынужден был, как тысячи других австрийцев, покинуть страну. Многие нашли политическое убежище в СССР. Всех прибывших в СССР австрийцев, а их были тысячи, разбросали по всей нашей стране – в Ленинград, Харьков, Сталинград… Большинство оставили в Москве. Отца моего отправили в Ленинград на Кировский завод, где он работал даже во время блокады.
«Так вы австриец! А у нас в Ягодном на базе работает грузчиком австриец Петер Демант». Эта новость меня, естественно, заинтересовала, и, как только появилась возможность, будучи в Ягодном, сразу же пошел на базу. Спросил, где тут работает Демант, и мне показали на невысокого сухопарого старичка (именно таким я его тогда увидел, хотя было ему в ту пору слегка за 50), разгружавшего фуру. Я подошел поближе и окликнул его: «Herr Demant!» (господин Демант – по-немецки). Он вздрогнул, встал по стойке «смирно», слегка подняв плечи и втянув голову. Он был весь как натянутая струна. Вид у него был явно испуганный. Мне стало жаль его, и я поспешил разрядить обстановку. Сказал, что я корреспондент АПН, работаю в Магадане, а о его существовании узнал от Фейгина. По-немецки заговорил с ним потому, что думал доставить ему удовольствие услышать родную речь. Постепенно он оттаял, хотя был все еще очень напряжен.Через пару дней я снова был в Ягодном и привез ему кое-какую литературу на немецком, чему он был несказанно рад. Постепенно мы стали неплохо понимать друг друга, и я добился его расположения.
В гостинице я уже не останавливался, а жил у него. Беседовали мы на самые разнообразные темы – о зарубежном кино, спорте, но никогда не говорили о политике. Он как бы проверял меня – «а вот помнишь? Или «а ты слышал?» Именно от Петера я узнал, что есть такое озеро «Джек Лондон», и у меня сразу родилась идея подготовить материал для американского читателя. «Идея интересная, но кто меня отпустит? Да и отпуск на это тратить не хочется». Ну, на то я и корреспондент из Москвы, чтобы улаживать такие мелочи. Пошел в горком профсоюзов, объяснил, что готовлю пропагандистский материал для Америки. В Ягодное я уже приехал с письмом, в котором руководству базы предписывалось откомандировать тов. Деманта П. З. в мое распоряжение сроком на 10 дней и обеспечить выполнение важного задания Москвы. Руководство базы взяло под козырек и поинтересовалось, чем может быть нам полезно. Мы не скупились – ящик тушенки, колбасы, всевозможные крупы, макароны, сахар, чай и вообще все, чем можно было поживиться.
Командировка на озера была целой эпопеей, которую Петер довольно красочно описал в своей книге «Мои три парохода» (тут следует добавить, что все свои книги он писал под псевдонимом Вернон Кресс и все их можно найти в интернете).
Ниже представляю вашему вниманию сильно сокращенный вариант очерка об озере, который был опубликован в США, в журнале «Совьет лайф».