Глава 57

Бойцы невидимого фронта, или Братская могила

2017, 2018... Продолжаю писать

Агентство печати «Новости» (АПН) – это вам не многотиражка и даже не «Правда» и не «Известия». Здесь был, правда, собран цвет отечественной журналистики, но… ты никогда не знал о будущей судьбе своего материала. Если официально мы, АПН-овцы, были бойцами невидимого фронта, то между собой мы называли свою «контору» братской могилой. И если журналисты центрального аппарата хоть как-то могли повлиять и проследить судьбу своего материала, то собкоры и авторы на местах были в полном неведении. О прохождении материала мы узнавали только по гонорарной ведомости.

Каждый материал с периферии посылался в Главную редакцию корреспондентской сети, а та уже определяла, в какую редакцию лучше предложить тот или иной материал. Выбор был большой – редакции Северной и Южной Америки (где были свои подотделы), редакции Европы и Скандинавии, Африки, Ближнего Востока, Азии и т. д. У каждого же собкора на местах были уже свои любимые редакции, которым он изначально рекомендовал свои материалы.

Были любимые редакции по моей предыдущей работе в центральном аппарате и у меня. Это редакции соцстран, с которыми меня связывала давнишняя дружба, это редакция Японии, публиковавшая мои фотографии, и Латинской Америки, где по счастливой случайности в руководстве редакции оказался бывший сотрудник политпубликаций.

Так что свои материалы я уже изначально ориентировал на потенциального читателя. Но мало было пробить свой материал в региональную редакцию, надо было еще после его публикации удосужиться получить авторский экземпляр журнала или газеты. Если это твой материал, то оставить себе на память, а если это материал местного внештатного автора, то лучшего способа привязать его к себе и сделать постоянным автором представить себе было невозможно. Вы бы видели, с какой радостью Альберт Мифтахутдинов показывал всем свои материалы, опубликованные на польском языке в «Край раде» или испанском в кубинском журнале.

Получить авторский экземпляр удавалось весьма редко. В Москву, как правило, из-за границы приходило несколько экземпляров журналов, а авторов в каждом номере было с десяток. Все зависело от расположения москвичей к твоей персоне. К сожалению, следует отметить, что и наши зарубежные коллеги не всегда понимали всю важность отправки на периферию опубликованных в местной зарубежной печати наших материалов. И если из Чили, Мексики или Финляндии до меня доходили наши материалы о жизни северян, а из Новой Зеландии пришла даже вырезка из газеты о Снежной Долине Магадана то, скажем, из Франции или Англии мы в Магадане за все время моего собкорства не получили ни одной публикации (а гонорары пришли). Именно поэтому большинство моих материалов в книге иллюстрированы в основном присланными журналами из Болгарии, Польши, Венгрии и Югославии, ибо оригинальные фотографии после реорганизации АПН в РИА «Новости» и «пропажи» всего фотоархива достать было невозможно.