Глава 52

С чего начинается Родина?

2017, 2018... Продолжаю писать

Для меня лично с друзей! Если у тебя нет друзей, то и держать тебя на этой земле некому и нечем! Так считаю я.

Вот уже и очередной юбилей – 80 лет позади! – не шутка.

Пора бы подвести и некоторые итоги. Так что же держит меня здесь, в России? Как говорят многие знакомые: «Что ты здесь сидишь? У тебя же австрийское гражданство». Да, гражданство есть, но еще есть и Родина. И когда я неделю-другую бываю в Европе, меня какая-то неведомая сила тянет обратно в этот бардак, неустроенность, бюрократический хаос… Я довольно долго находился в Австрии и с полной ответственностью могу сказать, что там не лучше. Есть деньги – ты король, нет денег – ты ничто! То же самое. Так что же мне менять шило на мыло? У меня здесь хоть друзей немерено. В трудную минуту я иду не в полицию и не к администрации – я обращаюсь к друзьям. К сожалению, в моем возрасте их становится все меньше.

С «нашей полки» уже давно стали брать.

Первым ушел еще в 90-м Мифта – Альберт Мифтахутдинов – последний Романтик Севера! К его 80-летию в мае 2017 Магаданское издательство «Охотник» выпустило полное трехтомное собрание сочинений самого тонкого прозаика Севера, которых я когда-либо встречал. Он понимал меня с полуслова – хватало одного взгляда. Его уже давно нет, но его любовь к Северу, к Колыме и Чукотке, к простым людям передалась мне как неизлечимая зараза, за что я ему по гроб обязан.

Об ушедших друзьях вообще невозможно писать. Перед глазами стоят их светлые образы, их неповторимые поступки, зачастую дурацкие, не поддающиеся нормальному обьяснению. Ну, как можно объяснить предложение ведущего конструктора космических кораблей, моего школьного друга Андрея Нимерницкого, чей отец в свое время, как и миллионы других честных советских граждан, был сначала поражен в правах, а затем как ни в чем не бывало – реабилитирован, как он, этот серьезный ученый муж, вдруг предложил мне заняться самогоноварением. И не просто предложил, но и завещал мне самогонный аппарат собственной конструкции. Угол подъема паров был рассчитан с космической точностью, качество получаемого продукта вот уже с десяток лет радует всех моих друзей и знакомых не только в России, но и далеко за ее пределами.

А самый близкий мой друг, Альберт Орешкин, с которым я дружил, вы только вникнете в эту цифру – 74 года! С детского садика, через школу, через пионерские лагеря, работу на Севере… Еще в школе мы дали клятву, что если нам обоим понравится одна и та же девушка, мы оба оставим ее, ибо дружба выше. Его никогда не надо было ни о чем просить – он каким-то шестым чувством угадывал, когда и в чем мне нужна была его помощь, хотя жил он в Жуковском, а я в Москве. Мне очень не хватает его сейчас, с его легким владимирским говором. Не могу не припомнить, что случилось у меня с ним в Праге уже в 90-е. На центральной площади Праги, заслышав мой с ним разговор по-русски, вдруг появились два крепких хлопца в вышиванках. Так, мол, и так, мы тут смотрящие, и вы должны нам отстегнуть определенную сумму в целях вашей же безопасности. Алик отошел в сторону, встал спиной к стене, вынул из заднего кармана брюк сетку-авоську и намотал уже на руку. «В чем проблема, ребята? – начал разговор я. – Мы тут в Праге у нашей братвы гостим. Недавно откинулись – только что с Колымы». – «А за что срок мотали?» – «58-б» – был мой ответ. – «А шо це тэке 58-б?» – «А это антисоветская деятельность с отягчающими…» Секундное замешательство, и «простите, хлопцы, не признали». Если б не моя находчивость, быть бы драке.

У меня много друзей, с которыми я, к моему большому сожалению, редко вижусь. Но я знаю, я уверен, по первому моему звонку они подставят мне свое плечо. И самое главное – у меня вообще нет врагов и поэтому я сплю спокойно.